Вот что говорит о цыганах Николай Васильевич: «В смуглых чертах цыгана было что-то злобное, язвительное, низкое и вместе с тем высокомерное: взглянувший на него человек уже готов был сознаться, что в этой чудной душе кипят достоинства великие, но которым только одна награда на земле — виселица. Совершенно провалившийся между носом и острым подбородком рот, вечно осененный язвительною улыбкой, небольшие, но живые, как огонь, глаза и беспрестанно меняющиеся на лице молнии предприятий и умыслов — все это как будто требовало особенного, такого же странного для себя костюма, какой именно тогда был на нем. Этот темно-коричневый кафтан, прикосновение к которому, казалось, превратило бы его в пыль; длинные, валившиеся по плечам охлопьями черные волосы; башмаки, надетые на босые загорелые ноги, — все это, казалось, приросло к нему и составляло его природу…»

Слухами, как известно, земля полнится. Многочисленные, самые противоречивые из них окружают цыган. Никто на нашем хуторе, да и в Диканьке, не ответит вам на вопрос, кто эти люди, откуда они пришли и чего от них ждать. Известно лишь то , что народ этот диковат, предпочитает держаться поближе к природе и редко остается на одном месте. Они никода не допустят в свой круг чужака, однако зачастую охотно идут на контакт, потому что мало кто способен сравниться с настоящим цыганом, когда дело касается получения выгоды. Они всегда знают, где, что, у кого и как найти, но не ожидайте, что делиться этим знанием они будут просто так.